Александр Сиденко (asidenko) wrote,
Александр Сиденко
asidenko

Category:

Владимир Вейдле — О стиходеланьи (3)

Из книги "О поэтах и поэзии"


3. Из чего делают стихи?

Знаменитый живописец Эдгар Дега не прочь был пописывать стихи, особенно сонеты, и мастерил их довольно умело. Однажды, в беседе с Малларме, он высказал недоуменье насчёт затруднений, испытываемых им в этом деле, несмотря на то, что мыслей или, как он выразился, идей для стихов у него вполне достаточно. «Стихи, мой друг — ответил Малларме, — делают не из идей, а из слов».

Изречение это стало классическим. На него не перестают ссылаться, с тех пор как, независимо друг от друга, но с одинаковым благоговением и с одинаково твердым убеждением, что оно полностью отвечает истине, его процитировали Андрэ Жид и Поль Валери. Самым распространенным нынче представлениям о поэзии, во Франции, да и на Западе вообще, оно и в самом деле отвечает как нельзя лучше. Но верно ли оно? От простого ответа на этот вопрос следует отказаться. Поспешное «нет», к которому нас приглашает очень могущественная русская традиция, при ближайшем рассмотрении оказывается ребячливым и подслеповатым; но необдуманным приходится назвать и безусловное согласие с этим изречением. Есть в нём незамысловатая правда, но есть и увёртливая ложь.

Из одних идей или мыслей стихов, конечно, не изготовишь, — как, впрочем, и прозы; но ведь этот трюизм и от Дега ускользнуть не мог. Он думал, что «идеи» — нужней, но он не думал обойтись без слов. Малларме ответил ему и не слишком вежливо, и не очень вразумительно. Не слишком вежливо, потому что не пожелал вникнуть в чуж ую беду, и не очень вразумительно, потому что предпочёл ответить быстро и колко. Стихи делают из слов? Хорошо. Но ведь из наделённых смыслом; иначе вы могли бы их делать, вместо того чтоб из французских, из непонятных вам китайских слов. А этот смысл, разве он не есть нечто мыслимое, нечто имеющее отношение к «идеям»? Так мог возразить Дега (тем более, что «идея» по-французски чаще всего означает просто «мысль»). Но больше того: ведь не берут же поэты слов из словаря, даже из воображаемого словаря, и не приклеивают их затем одно к другому. Недаром в немецком языке Wort («слово») имеет две формы множественного числа. Составные части стихов, как и любой человеческой речи, это Worte, а не Wörter, т.е. осмысленные волею говорящего слова и сочетания слов, а не разобщённые вокабулы, чей смысл только намечается словарными определениями, окончательно же им даруется именно живою речью. Стихи делаются из слова, а не из слов.

Но Малларме, если стать на  е г о  сторону, разве он мог этого не знать ? А если знал, почему же он так «отшил» Дега? Понять это не трудно. В живописи, Дега был мастер, в поэзии — любитель. Малларме, может быть и несправедливо, усмотрел в его словах то дилетантское недомыслие, согласно которому главное в поэзии — темы, настроения, мотивы, «идеи» особого рода, именуемые поэтичными. На это только и можно было ответить: нет, главное не это, главное — сама словесная ткань стихотворения, сотканная из слов и соотношений меж ду словами. Если ткань эта подражательна, банальна или низкопробна, недостаточно плотна, то никакие идеи или темы вам не помогут, поэтичность же их (заранее учтённая) может вам только повредить. Малларме предпочёл краткость ясности, но если ответ его понимать именно так (а это вполне возможно), то спорить с ним становится мудрено, и уж совсем нельзя с ним спорить исходя из лозунга «идейности», провозглашавшегося у нас в течение ста лет, от шестидесятых годов до новых шестидесятых годов, с коротким, всего лишь двадцатилетним перерывом. Идеи общественно-политические не нужны стихам и не нуждаются в стихах, если же ими вдохновляются, как изредка случалось, подлинные поэты, то подлинность этих поэтов измеряется всё же не качеством идей, а качеством стихов, качеством их словесной ткани. К тому же, если ткань эта мертва — или мертва ткань вымысла в драме или романе — то мертвеют и вплетённые в неё идеи, так что защитникам этих идей следовало бы тщательно устранять бездарных, только на такую медвежью услугу и способных авторов. Стихи сделаны из слова, рождены словом, но читая их, мы читаем слова, и  в н е   с л о в  породившего их слова не слышим.

Итак, Малларме прав. Он прав, если принять то истолкование его ответа, которое представляется самым естественным. Но те, кто пользуется этим ответом как формулой, не нуждающейся в поясненьях, всё-таки неправы. И совсем заблуждаются они, когда думают, что она даёт им ключ к пониманию существа поэзии. Даже будучи сами поэтами, они показывают, ссылаясь на неё, что поэзию рассматривают слишком исключительно с точки зрения того, кто читает стихи, а не того, кто их пишет. Как раз со времени Малларме, поэты всё чаще не просто сообразуются в известной мере, когда пишут стихи, со своей будущей их оценкой, а сквозь неё и с оценкою других читателей, не просто учитывают её, что они всегда делали, но  и с х о д я т  из неё, заботятся об эффекте слов, пренебрегая словом. Быть может, хотя мы наверное этого не знаем, и сам Малларме, в своем ответе Дега, именно поэтому говорил о словах и ничего не сказал о слове. Порядок возникновения стихов тут, конечно, не причём. Совершенно не важно, что поэту первым придёт в голову — отдельные словосочетания, или обрывки до-словесных мыслей и представлений, или, наконец, сравнительно отчётливый замысел целого. Чаще всего первыми возникают вообще не слова и не мысли, а ритмы и мелодии, или отдельные, подобные музыкальным фразам, стихи. Но дело не в этом, дело лишь в том, чтó значат для поэта его стихи, чего требует он от своей поэзии. Прежде он высказывал стихами то, чего иначе не мог бы высказать. Теперь он сплошь и рядом не высказывает ровно ничего и предоставляет нам  понимать его стихи, как нам угодно, а то и объявляет, что не понимает их сам или что они вообще не предназначены для того, чтó зовётся пониманьем. Он хлопочет не о том, чтобы мы его поняли, а лишь о том, чтобы мы, вслед за ним самим, одобрили его стихи. Он, так сказать, не стихи садится писать, а  х о р о ш и е  стихи, что не мешает им, конечно, при случае оказываться плохими. Оттого-то он и повторяет, придавая ему самый буквальный смысл, изречение о том, что стихи состоят из слов, приготовляются из слов.

Tags: Владимир Вейдле, литература, поэзия, цитаты
Subscribe

  • В день памяти Вениамина Блаженного

    31 июля 1999 года умер Вениамин Блаженный * * * Душа, проснувшись, не узнает дома, Родимого земного шалаша, И побредёт, своим путем…

  • "Пребывая в этом мире..."

    * * * Пребывая в этом мире, Не забыть бы о другом, В этой временной квартире Вспоминать родимый дом. Уходить из мира быта В…

  • В день памяти Фёдора Тютчева

    15 (27) июля 1873 года умер Фёдор Тютчев SILENTIUM! Молчи, скрывайся и таи И чувства и мечты свои — Пускай в душевной глубине Встают и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

  • В день памяти Вениамина Блаженного

    31 июля 1999 года умер Вениамин Блаженный * * * Душа, проснувшись, не узнает дома, Родимого земного шалаша, И побредёт, своим путем…

  • "Пребывая в этом мире..."

    * * * Пребывая в этом мире, Не забыть бы о другом, В этой временной квартире Вспоминать родимый дом. Уходить из мира быта В…

  • В день памяти Фёдора Тютчева

    15 (27) июля 1873 года умер Фёдор Тютчев SILENTIUM! Молчи, скрывайся и таи И чувства и мечты свои — Пускай в душевной глубине Встают и…